Томас Гарди. Возвращение на родину - ГЛАВА IX
74 >
ко мне и каяться в своем поступке.
- Я вовсе не хочу тебя покидать.
- Но благодарности за это от меня не ищи. Ненавижу, когда все идет
гладко. Даже лучше, если ты будешь время от времени мне изменять. Любовь
страшная скука, если любовник всегда верен. Стыдно так говорить, но ведь это
правда! - У нее вырвался тихий смешок. - От одной мысли об этом меня уже
тоска берет. Не предлагай мне спокойной любви, а то я тебя прогоню!
- Если б хоть Тамзи была не такой славной девочкой! - вздохнул Уайлдив.
- Тогда я мог бы остаться верным тебе, не обижая хорошего человека. Все-таки
я негодяй и мизинца вашего не стою, ни твоего, ни Тамзиного!
- Но ты не должен жертвовать собой из какого-то чувства справедливости,
- живо возразила Юстасия. - Если ты не любишь ее, самое милосердное - ее
оставить. Для всех будет полезнее. Ну вот я сказала жестокую вещь. Когда ты
со мной, всегда такого наговорю, что потом злюсь на себя.
Не отвечая, Уайлдив прошелся взад-вперед по вереску. Наступившее
молчание было заполнено свистом ветра в остриженном кусте терна, росшего
чуть поодаль, неподатливые ветви которого были как бы решетом. Казалось,
ночь поет похоронную песню сквозь сжатые зубы.
- С тех пор как мы виделись, мне уже приходило в голову, что, может
быть, ты вовсе не из любви ко мне на ней не женился. Скажи мне, Дэймон; я
постараюсь с этим примириться. Я тут была ни при чем?
- Ты требуешь, чтобы я сказал? - Да, мне нужно знать. Я вижу, что
слишком верила в свои силы.
- Ну, первой причиной было то, что разрешение на брак оказалось
недействительным, а прежде, чем я успел выправить другое, она убежала. Пока
что ты была ни при чем. А потом мне не понравилось, как ее тетка со мной
разговаривала.
- Да, да! Я ни при чем, я ничто. Ты только играл со мной. Боже мой, да
из чего же я сделана, я, Юстасия Вэй, если после этого еще думаю о тебе!
- Ну-ну, не надо так горячиться... Юстасия, помнишь, как мы бродили
среди этих кустов прошлым летом, когда спадала жара и тень от холмов
заполняла ложбины и укрывала нас от чужого взгляда?
Она помолчала, потом ответила:
- И как я смеялась над тобой за то, что ты осмелился поднять взор на
меня. Но ты с лихвой отплатил мне за это.
- Да, ты жестоко обращалась со мной, пока я не нашел другую, получше.
Это было моим спасеньем, Юстасия.
- Ты и сейчас думаешь, что она лучше?
- Как когда. Смотря по настроению. Чашки весов стоят так ровно, что
