Томас Гарди. Возвращение на родину - ГЛАВА V
42 >
- Бывало!
- И сосед Ибрайт частенько заменял его во время вечерней службы, чтоб
тому можно было малость вздремнуть, - помогал, значит, ему по силе
возможности, как всякий бы друг сделал...
- Ну да, как всякий бы сделал. - сказал дедушка Кентл; остальные более
коротко, кивками, выразили согласие.
- И только, бывало, Эндрн заснет, а сосед Ибрайт в его кларнет дунет,
как, глядишь, уж все головы к хорам поворачиваются, - слышат, значит, люди,
что великая душа среди них проявилась. "Ага, говорят, это он, так я и
думал!" А раз, помню, - в то воскресенье надумали они исполнять Сто тридцать
третью кантату "К Лидии", - она с виолончелью, и сосед Ибрайт свою принес -
и когда дошли до этого стиха: "И влага дивная по бороде бежит и на одежды
каплет", сосед Ибрайт до того разгорячился - как дернет по струнам, мало
виолончель надвое не перепилил, аж все стекла в церкви задребезжали, точно в
грозу. А пастор ихний, старик Уильямс, только руки воздел, этак с размаху,
словно на нем не стихарь был кружевной ради торжества, а просто рубашка, -
как будто хотел сказать: "Ах, мне бы такого прихожанина!" Да куда там, в
Кингсбери никто ему и в подметки не годился.
- И не страшно было, когда стекла задребезжали? - осведомился Христиан.
Никто ему не ответил - все сидели молча, в восхищенье от только что
описанного кунстштюка. И как уже не раз бывало с блестящими выступлениями,
потрясавшими очевидцев, но нам известными лишь по рассказам - с пением
Фаринелли перед принцессами, с знаменитой речью Шеридана в парламенте и
многими другими, - то обстоятельство, что tour de force {Здесь: изощренное
мастерство (Фр.).} покойного мистера Ибрайта был навсегда потерян для
потомства, одевало его еще большей славой, которая, будь возможно сравненье,
пожалуй, значительно бы уменьшилась.
- Кто бы подумал, что такой человек в цвете лет помрет - нежданно,
негаданно! - сказал Хемфри.
- Да не так уж нежданно - он месяца за два до того уже в гроб глядел. В
те времена на Гринхиллской ярмарке женские бега устраивали, призы им
выдавали - полотна на сорочку либо отрез на платье. И нынешняя моя супруга,
- тогда она еще девчонка была, длинноногая да шустрая, только еще в года
входила, - она тоже пошла. Потом вернулась, я и спрашиваю, - мы уже тогда
начинали вместе гулять, - "Что, мол, ты выиграла, моя душенька?" А она
говорит: "Я выиграла... платье", - и закраснелась вся. Ну да, думаю, платье!