Томас Гарди. Возвращение на родину - ГЛАВА III
20 >
признательная всему миру уже за одно то, что ей позволяли оставаться в
живых.
- А теперь она все равно за него вышла, - сказал Хемфри.
- После того, как миссис Ибрайт передумала и дала согласие, - закончил
Фейруэй с независимым видом, как будто его слова были не просто повторением
того, что еще раньше сказал Хемфри, но плодом его собственных размышлений.
- Ну, пусть даже им стыдно, а я все ж таки не понимаю, почему было не
сыграть свадьбу здесь, у нас, - сказала дебелая женщина, у которой корсет
скрипел, словно высохшие ботинки, всякий раз, как она поворачивалась или
наклонялась. - Плохое ли дело - собрать соседей да повеселиться, хоть об
рождество, хоть на свадьбе. Другой бы рад был угождение людям сделать, а эти
на-ка, все тайком да втихомолку. Не люблю этаких скрытных.
- А я, хотите верьте, хотите нет, не люблю веселых свадеб, - веско
заявил Тимоти Фейруэй, снова обводя строгим взглядом присутствующих. - И,
признаться, не осуждаю Томазин Ибрайт и соседа Уайлдива за то, что они все
тишком проделали. Ведь свадьба это что значит? То тебе жига, то рил, хочешь
не хочешь, а становись в круг. А ногам-то оно накладно, когда тебе уже за
сорок.
- Да уж на свадьбе не откажешься, надо же отплатить хозяевам за
угощение!
- На святках пляши, потому что раз в году, на свадьбах пляши, потому
что раз в жизни. Даже на крестинах, ежели по первому либо по второму
ребенку, так и то норовят один-два рила всунуть. А сколько еще петь
приходится!.. Нет, по мне, всего лучше хорошие похороны. Угощенье не бедное,
чем на свадьбе, а то и побогаче. А ногам покойнее. Посидеть за столом да
потолковать об усопшем - это же не то что хорнпайп отхватывать!
- А потанцевать на похоронах, значит, никак нельзя? Пожалуй, люди
скажут, это, мол, уж, значит, чуток перестараться, как ты считаешь, Тимоти?
- любознательно осведомился дедушка Кентл.
- Да, только там может степенный человек без опаски смотреть, как
кувшин ходит вкруговую.
- Не понимаю все-таки, как Томазин Ибрайт на этакую скаредность
согласилась, - начала снова Сьюзен Нонсеч, дебелая толстуха, возвращаясь к
своей прежней теме. - Ведь какая девушка хорошая, совсем как барышня, а
свадьба - ну хуже, чем у голытьбы последней! Да и жених-то - разве бы ей
такого надо? Только и есть в нем, что из себя пригляден.
- Э, нет, не скажи, он парень ловкий, а по учености, пожалуй, самому
Клайму Ибрайту не уступит. Не к тому его готовили, чтоб в трактире стоять за
