Томас Гарди. Вдали от обезумевшей толпы - ГЛАВА VI
45 >
Пламя вырывалось из длинной скирды соломы, уже настолько сгоревшей, что
спасти ее нечего было и думать. Скирда горит совсем не так, как дом. Когда
ветер загоняет пламя внутрь, воспламенившаяся часть мгновенно исчезает без
следа, как тающий сахар, и не видно, куда кинулся огонь. Однако плотно
сложенная скирда сена или пшеницы может некоторое время противостоять огню,
- если она загорелась снаружи, ему не сразу удается проникнуть внутрь. Но
здесь перед Габриэлем была кое-как сложенная, рыхлая скирда, в которую языки
пламени ныряли с молниеносной быстротой. Часть ее с наветренной стороны,
обуглившаяся и раскаленная докрасна, то вспыхивала, то затухала, словно
курящаяся сигара. Потом вдруг свисавший сверху ворох соломы обрушился вниз с
шипящим свистом; языки пламени вытянулись, охватили его и загудели спокойно,
без треска. Клубы дыма поползли сзади, словно плывущие, облака, а скрытые
погребальные костры пылали под ними, пронизывая полупрозрачную пелену желтым
сверкающим светом.
Растерзанные пучки соломы с краю скирды корчились, опаленные жаром, и
скручивались, словно свившиеся узлом красные черви, и над ними маячили
какие-то свирепые рожи, то словно выкатывался сверкающий глаз, то огненный
язык высовывался изо рта, или ощеривались какие-то дьявольские пасти, и из
них время от времени, словно птицы из гнезда, выпархивали искры.
Как только Габриэль понял, что дело серьезнее, чем ему показалось
сначала, он перестал быть просто зрителем. В какой-то момент клуб дыма,
подхваченный ветром, отнесло в сторону, и в прорвавшейся пелене Оук увидел
прямо против горящей скирды скирду с пшеницей, а за нею еще целый ряд
других, - может статься, весь урожай фермы; он-то думал, что эта скирда
соломы стоит особняком, а оказывается, тут целый склад зерна и скирда за
скирдой рядами по всему двору.
Габриэль перемахнул через ограду и тут обнаружил, что он не один.
Первый человек, попавшийся ему на глаза, носился впопыхах взад и вперед с
таким очумелым видом, как если бы мысли его намного обогнали тело и никак не
могли подтянуть его за собой так, чтобы оно поспевало за ними.
- Горим, горим! Добрые люди! Огонь, ох, наделает делов, добрый хозяин,
плохой слуга, то бишь плохой слуга, добрый хозяин! Эй, Марк Кларк, сюда,
сюда! И ты, Билли Смолбери, эй, Мэрией Мони! Джан Когген, Мэтью, сюда!
Позади вопившего человека появились в дыму другие фигуры, и тени их
прыгали вверх и вниз, подчиняясь не столько движениям своих хозяев, сколько