Library

37 >

которое, даже если его едва слышно, говорит издалека привычному слуху, что в
загоне все благополучно.  В  глубокой  тишине  пробуждающегося  утра  звуки,
доносившиеся до Габриэля, отличались необычной частотой и  стремительностью.
Такой непохожий на обыденный  звон,  бывает  в  двух  случаях:  когда  стадо
выгоняют на корм, овцы, рассыпаясь по пастбищу, начинают поспешно щипать,  и
от их бубенцов стоит частый перемежающийся звон; или когда  стадо  бросается
бежать, тогда бубенцы звенят непрерывно и стремительно. Оук, с  его  опытным
ухом, сразу распознал, что это звон бегущего опрометью стада.
     Он вскочил и, напяливая на ходу куртку, ринулся в предрассветный туман,
через дорогу к склону холма. Овцы-матки помещались отдельно от овец, которым
еще предстояло ягниться, и этих  последних  в  гурте  Габриэля  было  двести
голов. Их нигде не было видно. Пятьдесят маток с ягнятами, укрытые в дальнем
конце загона, так и лежали там, но все остальные, - а  они-то  и  составляли
основную массу гурта, - точно куда-то сгинули. Габриэль стал кликать  их  во
всю мочь обычным пастушеским кликом:
     - Оо-э! Оо-э!
     Ни одного ответного блеянья. Он подошел к изгороди и увидел, что она  в
одном месте повалена и вокруг следы овец. Его очень  удивило,  что  овцам  в
зимнее время приспичило вылезать из загона, но он тут  же  объяснил  это  их
пристрастием к плющу, который в изобилии рос в буковой роще, и  пошел  через
пролом. В роще их не было. И он снова стал кликать, и дальние холмы и долины
откликались эхом, как тем мореплавателям, которые кликали пропавшего  Гиласа
у Мизийских берегов; но овец не было. Он пробрался сквозь  чащу  деревьев  и
пошел по гребню холма.
     На дальнем конце гребня, на самой вершине, там, где края  загородок,  о
которых говорилось выше, расступались над меловым обрывом, он увидел  своего
пса; он стоял, четко выделяясь на посветлевшем  небе,  темный,  неподвижный,
словно Наполеон на острове Св. Елены.
     Страшная догадка осенила Оука. Весь как-то сразу ослабев,  он  медленно
приблизился; в дощатом настиле зияла дыра и кругом везде  были  следы  овец.
Пес подошел и лизнул ему руку, всем своим видом явно давая  понять,  что  он
ждет особой награды за  свою  замечательную  службу.  Оук  заглянул  в  яму.
Мертвые и подыхающие овцы лежали на  дне  -  груда  искалеченных  овец,  две
сотни, а поскольку все это были суягные овцы - выходило не две, а по меньшей
мере вдвое больше.
     Оук  был  на  редкость  отзывчивый  человек;  сказать  по  правде,  его

Следующая

37 >