Library

345 >

     ПОСЛЕ УДАРА
 
     Выйдя на большую дорогу, Болдвуд повернул в  сторону  Кэстербриджа.  Он
шел ровным, твердым  шагом,  перебрался  через  Иелберийский  холм,  миновал
безлюдную равнину, поднялся на Меллстокский  холм  и  между  одиннадцатью  и
двенадцатью часами пересек поросшее вереском поле и вошел в  город.  В  этот
час улицы были почти безлюдны, и в колеблющемся свете фонарей виднелись лишь
ряды серых ставней на окнах лавок да белела полоса тротуара, на плитах гулко
отдавались его шаги. Он свернул направо  и,  подойдя  к  тяжелому  каменному
зданию, остановился у сводчатых, окованных железом  ворот.  То  был  вход  в
тюрьму.  Над  воротами  висел  фонарь,  при  его  свете  злополучный  путник
разглядел ручку звонка.
     Наконец отворилась дверца, и появился привратник. Болдвуд шагнул вперед
и глухо проговорил несколько слов. Через некоторое  время  пришел  еще  один
человек. Болдвуд вошел во двор, дверца захлопнулась за ним, и  он  простился
со свободой.
     Весть  об  ужасном  событии,  завершившем  празднество  Болдвуда,   уже
распространилась по всей округе, вызывая смятение среди  жителей  Уэзербери.
Из тех, кто не был в доме, Оук едва ли не первым услыхал о катастрофе; минут
через пять после ухода Болдвуда он вошел в холл и увидел  поистине  страшную
картину. Все гости женского пола сбились в кучу и жались к стенам, как  овцы
в бурю, а мужчины растерянно топтались, не зная, что предпринять. Между  тем
в Батшебе произошла резкая перемена; теперь она сидела на  полу  возле  тела
Троя, положив его голову себе на колени. Одной рукой она  прижимала  носовой
платок к его груди, прикрывая рану, откуда не  вытекло  ни  капли  крови,  а
другой крепко сжимала  его  руку.  Всеобщее  смятение  привело  ее  в  себя.
Временное оцепенение  прошло,  и  проснулась  энергия,  как  только  явилась
необходимость действовать. В повседневности редко можно встретить проявления
душевной  стойкости,  которую  восхваляют  философы,  и  все  были  поражены
мужеством Батшебы, - сейчас она проводила в жизнь свою философию, да  она  и
всегда осуществляла то, что находила нужным. У  нее  в  жилах  текла  та  же
кровь, что и у женщин, которые становились матерями  великих  людей.  Такие,
как  она,  способны  породить  на  свет  замечательных  представителей  рода
человеческого,  которых  недолюбливают  на  званых  обедах,  побаиваются   в
учреждениях и превозносят в критические моменты истории.  Трой,  покоившийся
на коленях у жены, теперь был центром картины.
     - Габриэль, - сказала она каким-то мертвым голосом, когда он  вошел,  и

Следующая

345 >