Томас Гарди. Вдали от обезумевшей толпы - ГЛАВА LIII
338 >
Болдвуд, солоно ему придется! Чтоб этому Трою!.. Прости меня, господи, за
этакое пожелание! Вот уж негодяй! Ишь какие штуки преподносит разнесчастной
жене! Все пошло прахом в Уэзербери с тех пор, как он сюда пожаловал. Мне
даже неохота в дом заходить. Заглянем-ка сперва на минутку к Уоррену, а,
друзья?
Сэмуэй, Толл и Смолбери решили завернуть к Уоррену и вышли за ворота, а
остальные направились к дому. Вскоре трое приятелей приблизились к
солодовне; свернув с дороги, они прошли по фруктовому саду. Оконце
светилось, как всегда. Сэмуэй немного опередил остальных, Внезапно он замер
на месте и прошептал, обернувшись к спутникам:
- Тсс! Гляньте-ка!
Свет из оконца не растекался, как обычно, по увитой плющом стене, его
заслонял какой-то предмет, находившийся у самого стекла. То была голова
человека.
- Подойдем-ка поближе, - шепнул Сэмуэй, и они двинулись вперед на
цыпочках. Теперь уже не было сомнений: это был Трой. Он стоял, прижавшись
лицом к стеклу, и заглядывал в домик. Он не только подсматривал, но и с
любопытством прислушивался к происходившему там разговору, - они узнали
голос Оука и солодовника.
- Это он в ее честь закатил пир, разве не так? - прошамкал старик. -
Хоть он и говорит, мол, праздную рождество.
- Не знаю, право, - отозвался Оук.
- Так уж оно и есть. Дивлюсь я на фермера Болдвуда. Надо же было ему в
его годы совсем потерять голову из-за женщины! А она-то и не глядит на него.
Узнав Троя, приятели все так же бесшумно двинулись назад, шагая по
фруктовому саду. Судьба Батшебы вот-вот должна была решиться: кругом только
и толковали что о ней. Отойдя подальше, все трое непроизвольно остановились.
- Во мне все так и перевернулось, как я его увидал, - проговорил Толл,
переводя дыхание.
- И у меня тоже, - подхватил Сэмуэй. - Как же нам теперь быть?
- Да наше ли это дело? - с сомнением пробормотал Смолбери.
- А как же не наше! Этакое дело всякого касается! - заявил Сэмуэй. -
Ясно как день, хозяин сбит с толку, да и ей-то невдомек, и надобно сейчас же
им сказать. Лейбен, ты лучше нас ее знаешь, пошел бы ты да потолковал с ней.
- Не гожусь я на такое дело, - взволнованно сказал Лейбен. - Мне
думается, что уж если кому идти, то Уильяму. Потому как он старший.
- Не стану я в это встревать! - отрезал Смолбери. - Дело-то больно
кляузное. Вот увидите, он сам к ней вот-вот нагрянет!
- Кто его знает! Ступай-ка ты, Лейбен.
