Томас Гарди. Вдали от обезумевшей толпы - ГЛАВА LIII
337 >
- Он самый, - откликнулся Толл.
- Слыхал еще что-нибудь новенькое?
- Нет, - отвечал Толл, подходя к работникам. - И думается мне, лучше
нам помалкивать. Ежели все это враки, то мы только зря ее взбудоражим, а уж
если это окажется правдой, то незачем раньше времени ее баламутить. Дай бог,
чтобы это оказалось враньем. Хотя Генери Фрей, да и другие иной раз на нее и
ворчат, сам я от нее ничего, кроме добра, не видывал. Она горяча и
норовиста, но все-таки она славная девушка и нипочем не солжет, хотя бы
правда была ей во вред, - и я ни за что не пожелаю ей зла.
- И впрямь, она не треплет языком попусту, как другие женщины. Да, все,
что она думает про тебя дурного, сразу в лицо тебе и выложит, нет у нее
никакой задней мысли.
Некоторое время они постояли в молчании, каждый был занят своими
думами; из дома доносились веселые голоса. Но вот парадная дверь вновь
распахнулась, оттуда вырвался свет, и хорошо знакомая фигура Болдвуда
появилась в ярком проеме; дверь затворилась, и Болдвуд тихонько пошел по
дорожке:
- Хозяин... - прошептал один из работников, когда он приблизился к ним.
- Давайте помолчим, он скоро воротится в дом. Ему, пожалуй, будет не по
вкусу, что мы топчемся здесь.
Болдвуд прошел мимо работников, не замечая их, так как они стояли на
полянке в тени кустов. Он остановился, оперся на ворота и глубоко вздохнул.
Они услыхали, как он сказал вполголоса:
- Дай бог, чтобы она приехала, а не то этот праздник будет для меня
сущей мукой. О мое сокровище, сокровище мое! Зачем ты заставляешь меня
терзаться ожиданьем!
Он говорил сам с собой, но они расслышали каждое слово. Болдвуд замолк,
и снова из дома донесся шум. Через несколько минут раздался стук колес
легкого экипажа, спускавшегося с холма. Подъехав, он остановился у ворот.
Болдвуд бросился к дверям, распахнул их, и в полосе света стало видно, что
по дорожке идет Батшеба.
Болдвуд подавил свое волнение и сдержанно приветствовал ее; работники
услыхали ее легкий смех и извинения. Он пропустил ее в дом, и дверь
захлопнулась.
- Боже милостивый, мне и невдомек, что с ним плохо дело, - сказал один
из работников. - Мне думалось, эта блажь давно с него соскочила.
- Плохо же ты знаешь хозяина, - заметил Сэмуэй.
- Упаси бог, чтобы он узнал, что мы все слыхали, - проговорил третий.
- Жалко, что мы сразу не сказали ему про эти толки, - продолжал первый,
явно встревоженный. - Может стрястись невесть какая беда. Бедняга мистер