Library

319 >

     - Я нравлюсь вам или же вы просто уважаете меня?
     - Не знаю, право... Никак не могу сказать. Трудно  женщине  говорить  о
своих чувствах  на  языке,  который  создали  главным  образом  мужчины  для
выражения своих чувств. Я поступила с  вами  легкомысленно,  непростительно,
очень дурно. Всю жизнь  буду  об  этом  сожалеть.  Если  б  я  только  могла
как-нибудь загладить свою вину, я с радостью бы это  сделала.  Но  это  было
невозможно.
     - Не браните себя, вы далеко не так виноваты, как вам кажется. Батшеба!
Допустим, вы получите реальное, неоспоримое доказательство и убедитесь,  что
вы... что вы действительно вдова, - захотите вы тогда загладить свою вину  и
выйти за меня замуж?
     - Не могу сказать. Сейчас, во всяком случае, нет.
     - Но когда-нибудь в будущем?
     - О да, когда-нибудь - это вполне возможно.
     - Ну, хорошо. Вы знаете, что даже если не будет новых подтверждений, то
примерно через шесть лет вы сможете вторично выйти замуж, и никто не посмеет
вас осуждать?
     - Да, - живо ответила она, - все это мне известно. Но об этом еще  рано
говорить. Шесть или семь лет. Что с нами будет за это время?
     - Годы быстро промелькнут,  и  когда  мы  оглянемся  назад,  это  время
покажется нам очень коротким, куда короче, чем  кажется  теперь,  когда  оно
впереди.
     - Да, да, я испытала это на своем опыте.
     - Так выслушайте же меня, - горячо настаивал Болдвуд.  -  Если  я  буду
ждать все это время, выйдете  вы  за  меня?  Вы  сами  сказали,  что  хотите
искупить свою вину передо мной, - пусть это и будет искуплением.
     - Но, мистер Болдвуд, шесть лет...
     - Вы хотите выйти замуж за кого-то другого?
     - Ничуть не бывало! Мне просто неприятно сейчас говорить о таких вещах.
Пожалуй, это даже непристойно, и я напрасно допустила подобный разговор.  Не
будем этого касаться, очень вас прошу!
     - Хорошо, я не буду этого  касаться,  если  вы  требуете.  Но  что  тут
непристойного? Я человек не первой молодости и  готов  быть  вам  опорой  до
конца моих дней. С вашей стороны, конечно, не может быть и  речи  о  страсти
или о предосудительной торопливости, в чем, пожалуй, можно обвинить меня. Но
мне ясно как день, что вы ничуть не  уроните  своего  женского  достоинства,
если из чувства жалости, или, как вы  говорите,  из  желания  искупить  свою
вину, заключите со мной соглашение на много лет вперед, договор, который все
уладит и осчастливит меня, хотя бы и очень нескоро. Разве в свое время вы не
приблизили меня к себе? Разве вы не  были  почти  моей?  Почему  бы  вам  не

Следующая

319 >