Томас Гарди. Вдали от обезумевшей толпы - ГЛАВА L
305 >
ОВЕЧЬЯ ЯРМАРКА. ТРОЙ ПРИКАСАЕТСЯ К РУКЕ СВОЕЙ ЖЕНЫ
Гринхилл был своего рода Нижним Новгородом Южного Уэссекса, и самым
деловым, шумным и веселым из всех дней в году был день овечьей ярмарки. Эта
ярмарка происходила всякий год на вершине холма, где довольно хорошо
сохранились старинные земляные укрепления: вершину опоясывали мощная
крепостная стена и ров, имевший форму вытянутого кольца. Местами стена была
разрушена; с противоположных сторон в ней имелись два широких прохода, к
каждому из них поднималась извилистая дорога. Окруженную стеной ровную
зеленую лужайку в десять - пятнадцать акров облюбовали под ярмарку. На этой
площади стояло несколько постоянных строений, но большинство посетителей
предпочитало устраиваться в палатках, где они спали и ели во время своего
пребывания на ярмарке.
Пастухи, направлявшиеся туда с отарами из далеких мест, выходили из
дому за два-три дня, а то и за неделю до ярмарки, проделывали со своими
питомцами по десять - двенадцать миль в день и к вечеру останавливались на
отдых в заранее намеченных местах, на снятых ими придорожных участках, где
задавали корм овцам, постившимся с утра. Позади каждой отары шагал пастух,
подвязав на спину котомку со всем необходимым на неделю, палка с крюком на
конце служила ему посохом в этом паломничестве. Случалось, что в дороге
некоторые овцы выбивались из сил или начинали хромать, а иной раз и
ягнились. Поэтому, если отару гнали издалека, ее нередко сопровождала
запряженная лошадьми повозка, куда клали ослабевших овец и везли до самой
ярмарки.
Уэзерберийская ферма находилась не слишком далеко от холма, и не нужно
было принимать подобных мер. Однако объединенные отары Батшебы и фермера
Болдвуда были чрезвычайно многочисленны, представляли собой немалую
ценность, и за ними требовался усиленный надзор, поэтому, кроме пастуха,
Болдвуда и Каина Болла, их сопровождал в пути и сам Габриэль; разумеется, за
ним плелся по пятам старый пес Джорджи; миновав развалины старинного города
Кингсбира, они стали подниматься на плоскогорье.
В это утро, когда осеннее солнце поднялось над Гринхиллом и осветило
росистую лужайку на его вершине, между изгородями на дорогах, пересекающих
по всем направлениям широкую равнину, заклубились неясные облачка пыли.
Постепенно облачка стекались к подножию холма, и вскоре уже можно было
различить отдельные отары, поднимавшиеся к вершине по извилистым дорогам.