Томас Гарди. Вдали от обезумевшей толпы - ГЛАВА XLVII
293 >
ПРОИСШЕСТВИЕ У МОРСКОГО ПОБЕРЕЖЬЯ
Трой брел по направлению к югу. У него было немало оснований искать
пристанища где угодно, только не в Уэзербери: и отвращение к однообразной
жизни фермеpa, и горестное воспоминание о той, что лежала на кладбище, и
раскаяние, и неприязнь к жене. Вспоминая печальные обстоятельства кончины
Фанни, он знал, что никогда не забудет этой картины и теперь ему уже
невозможно жить в доме Батшебы. К трем часам дня он приблизился к гряде
однообразных холмов, которая тянется вдоль берега моря, образуя барьер,
отделяющий обработанную область внутри страны от сравнительно пустынной
прибрежной полосы. Прямо перед ним вставал склон холма в добрую милю длиной,
на который взбегала прямая белая дорога; передний и задний склоны постепенно
сближались, смыкаясь на уходящей в небо вершине конуса, примерно на высоте
двух миль. На всем протяжении этого унылого косогора нельзя было обнаружить
в этот ослепительный день ни одного живого существа. Трой взбирался на холм
по крутой дороге, усталый и подавленный, - такого состояния ему уже много
лет не приходилось переживать. Воздух был теплый и влажный, и вершина холма,
казалось, все отступала, по мере того как он поднимался.
Наконец он добрался до перевала, и еще невиданная величавая картина
вдруг поразила его, как некогда поразил взор Бальбоа открывшийся перед ним
Тихий океан. Необъятное море, кое-где прочерченное легкими линиями, словно
выгравированными на его стальной глади, расстилалось до самого горизонта, а
справа близ порта Бедмут заходящее солнце разметало по морю свои лучи; на
его блистающей, словно отполированной, поверхности медленно гасли краски. Ни
в небе, ни на земле, ни на море глаз не улавливал ни малейшего движения,
кроме вскипанья у ближайших скал молочно-белой пены, обрывки которой, как
языки, лизали прибрежные камни.
Спустившись с холма, он очутился в небольшой бухте, окруженной скалами.
Трой стряхнул уныние, решил отдохнуть и выкупаться, а потом уже идти дальше.
Он разделся и бросился в воду. Трой был умелым пловцом, ему стало скучно
плавать в закрытой бухте со стоячей, как в пруде, водой и захотелось
покачаться на волнах океана; он быстро проплыл между двумя огромными
утесами, которые можно было назвать Геркулесовыми столбами этого
миниатюрного Средиземного моря. На его беду, мимо бухты проходило течение, о
котором он даже не подозревал; не представляя трудностей даже для самого