Томас Гарди. Вдали от обезумевшей толпы - ГЛАВА XLV
284 >
я гарантирую вам, что он выдержит дожди и морозы и простоит добрых сто лет,
без единой трещины.
- И сколько за все?
- Что ж, я могу вырезать имя и доставить памятник в Уэзербери за
названную вами сумму.
- Сделайте мне это сегодня, и я сейчас же вам заплачу.
Резчик согласился, удивляясь, что так ведет себя покупатель, в одежде
которого нет ни намека на траур. Вслед за этим Трой написал несколько слов,
составлявших надгробную надпись, расплатился и ушел. Во второй половине дня
он вернулся и увидал, что надпись почти готова. Он постоял во дворе, пока
упаковывали памятник и погружали па повозку, проводил ее глазами, когда она
выехала по направлению к Уэзербери, и наказал двум рабочим, сопровождавшим
ее, узнать у церковного старосты, где находится могила особы, упомянутой в
надписи.
Уже совсем стемнело, когда Трой вышел из Кэстербриджа. Неся в руках
довольно тяжелую корзину, он угрюмо шагал по дороге; временами он
останавливался передохнуть где-нибудь на мосту или у ворот, причем на минуту
ставил свою ношу на землю. На полдороге он встретил возвращавшуюся в темноте
повозку и рабочих, отвозивших памятник. Он кратко спросил, выполнена ли
работа, и, получив утвердительный ответ, двинулся дальше.
Трой вошел на уэзерберийское кладбище около десяти часов вечера и
тотчас же направился в тот уголок, где рано утром видел пустую могилу.
Находилась она у северного фасада колокольни, и ее почти не видно было с
дороги; до последнего времени это место было заброшено, там валялось
множество камней да росли кусты ольшаника, но теперь его расчистили и
привели в порядок для погребений, так как на кладбище становилось уже тесно.
Здесь и был водружен памятник: стройный, белоснежный, он выступал из
мрака; состоял он из двух надгробий, воздвигнутых в головах и в ногах и
соединенных мраморной плитой, внутри которой виднелось заполненное землей
углубление, где можно было посадить цветы.
Трой поставил корзину возле могилы и на несколько минут куда-то
скрылся. Когда он вернулся, в руках у него была лопата и фонарь; Трой
направил его лучи на памятник, чтобы прочесть надпись. Затем он повесил
фонарь на нижнюю ветвь тиса и стал вынимать из корзины луковицы и саженцы
всевозможных цветов. Там были пучки подснежников, луковицы гиацинтов и
крокусов, фиалки и махровые маргаритки, которые должны были расцвести ранней
весной, а для лета и осени - разноцветные гвоздики, ландыши, незабудки,