Томас Гарди. Вдали от обезумевшей толпы - ГЛАВА XLV
282 >
РОМАНТИЗМ ТРОЯ
Когда в полночь Батшеба выбежала из дому, Трой первым делом заколотил
крышку гроба, чтобы никто не увидел Фанни с ребенком. Покончив с этим, он
поднялся наверх, бросился, не раздеваясь, на кровать и пролежал до утра в
тяжелом душевном томлении.
За последние сутки на него немилосердно сыпались удары судьбы. Минувший
день сложился совсем не так, как он предполагал его провести. Если человек
задумает изменить линию своего поведения, ему приходится бороться не только
с собственной косностью, но и обстоятельства как будто назло складываются
против него, препятствуя его исправлению.
Получив от Батшебы двадцать фунтов, он прибавил к этой сумме все, что
ему удалось разыскать у себя, - семь фунтов десять шиллингов. У него в
кармане было двадцать семь фунтов десять шиллингов, когда он рано утром
выехал из ворот усадьбы, спеша на свидание с Фанни Робин.
Прибыв в Кэстербридж, он оставил лошадь и двуколку на постоялом дворе;
было без пяти десять, когда он добрался до моста в нижней части города и
уселся на перилах. На башне пробил урочный час, но Фанни все не появлялась.
Как раз в это время ее облачали в саван две прислужницы Дома призрения,
причем это кроткое создание в первый и последний раз принимало услуги
одевальщиц. Прошло четверть часа, потом еще полчаса. Пока Трой ждал, на него
нахлынул рой воспоминаний: ведь уже вторично она не приходит на важное
свидание с ним! Он поклялся в сердцах, что это будет последний раз. Прождав
ее напрасно до одиннадцати часов, он успел изучить каждый лишай на
поверхности камней, и монотонное журчание струй под мостом начало наводить
на него тоску; наконец он спрыгнул с перил, отправился на постоялый двор за
своей двуколкой и поехал на бедмудские скачки, с горьким безразличием взирая
на прошлое и опрометчиво бросая вызов будущему.
К двум часам он попал на скачки, пробыл там некоторое время, затем
вернулся в город и оставался там до девяти. Но образ Фанни все время
преследовал его, она виделась ему такой, какой появилась перед ним в угрюмых
сумерках субботнего вечера, и тут же он слышал упреки Батшебы. Трой
поклялся, что не будет играть, и сдержал свою клятву: к девяти часам вечера,
когда он выехал из города, имевшаяся у него сумма уменьшилась лишь на
несколько шиллингов.
Неторопливой рысцой он ехал в Уэзербери, и только теперь ему пришло в
голову, что, вероятно, болезнь помешала Фанни сдержать обещание. На сей раз