Томас Гарди. Вдали от обезумевшей толпы - ГЛАВА XL
245 >
через калитку, открыла ее и вошла в ограду. У самого входа лежали вязанки
хвороста и валялись рассыпанные сучья и палки различной длины.
Минуту-другую странница неподвижно стояла в напряженной позе, которая
означает, что движение лишь приостановилось, но не замерло совсем. У нее был
вид человека, который прислушивается либо к звукам внешнего мира, либо к
мыслям, проносящимся у него в голове. Внимательно приглядываясь, можно было
бы заключить, что она поглощена именно последним. Более того, как вскоре
обнаружилось, она изощряла свою изобретательность в той области, в какой
подвизался Жаке Дроз, остроумный конструктор автоматических заменителей
человеческих конечностей.
Ощупывая руками груды сучьев при слабом свете зарева, женщина выбрала
два крепких сука. Они были прямые, длиной в три-четыре фута и заканчивались
развилкой в виде буквы V. Она села на землю, обломила тонкие верхние
веточки, а палку прихватила с собой. Выйдя на дорогу, она подставила себе
под мышки по палке на манер костылей, испробовала их прочность, потом
опасливо оперлась на них всей своей тяжестью - крайне незначительной - и
выбросила вперед свое тело. Женщина смастерила себе подпорки.
Костыли отвечали своему назначению. Теперь на дороге только и слышно
было, что шелест шагов да постукивание палок. Путница уже давно миновала
третий верстовой столб и стала напряженно вглядываться в даль дороги, словно
ожидая увидеть следующий. Костыли, хотя и были ей в помощь, все же имели
рабочий предел. Машина приводится в движение энергией, а сама не может ее
вырабатывать, и общая сумма усилий не уменьшилась, только упор приходился
теперь на туловище и на руки. Она выбилась из сил и еле-еле продвигалась
вперед. Наконец она пошатнулась вбок и упала.
Она лежала на дороге, как ворох тряпья. Прошло с четверть часа.
Утренний ветерок лениво потянул над равниною, и зашуршали сухие листья, всю
ночь лежавшие неподвижно на земле. Женщина сделала отчаянное усилие,
поднялась на колени и встала на ноги. Опершись на костыли, она попыталась
сделать шаг вперед, потом другой, третий; теперь она пользовалась костылями,
лишь как палками. Она медленно спускалась с Меллстокского холма, сока не
увидала еще один верстовой столб, а вслед за ним - чугунную ограду. Она
дотащилась до первого столба ограды, ухватилась за него и начала
оглядываться по сторонам.
Теперь в Кэстербридже уже были различимы отдельные огоньки.