Томас Гарди. Вдали от обезумевшей толпы - ГЛАВА XXXVIII
239 >
можно сказать, рухнули.
- Я думал, моя хозяйка выйдет за вас, - проговорил Габриэль. Будь ему
известно, как глубока любовь Болдвуда, он, конечно, не стал бы касаться его
дел, как решил не касаться своих собственных, крепко взяв себя в руки. - Да
так оно и случается в жизни: нипочем не сбудется то, что нам желанно, -
спокойно прибавил он, как человек закаленный в испытаниях.
- Должно быть, надо мной потешается весь приход, - продолжал Болдвуд.
Эти слова как-то непроизвольно вырвались у него и были сказаны вымученным,
нарочито небрежным тоном.
- Ну, нет, не думаю.
- Но, уверяю вас, она и не думала играть со мной, зря об этом говорили.
Мы с мисс Эвердин вовсе не были помолвлены. Люди уверяют, что были, только
это неправда: она никогда не давала мне слова! - Болдвуд вдруг остановился и
повернул к Оуку искаженное страданьем лицо. - Ах, Габриэль, - продолжал он,
- я жалкий безумец, не знаю, что со мной творится, никак не могу справиться
со своим горем... У меня еще была слабая вера в милосердие божье, пока я не
потерял эту женщину. Да, господь бог повелел вырасти высокому растению,
чтобы я мог укрыться в его тени, - и, подобно пророку, я благодарил его и
радовался. Но на следующий день он создал червя, тот подточил растение, и
оно засохло, и теперь я вижу: уж лучше мне умереть.
Наступило молчание. Болдвуд опомнился, - миновал порыв откровенности,
которому он поддался на несколько минут, - к нему вернулась его обычная
сдержанность, и он зашагал дальше.
- Да, Габриэль, - закончил он с неестественной улыбкой, зловещей, как
оскал черепа, - все это раздула молва, а на самом-то деле не было ничего
серьезного. По временам я испытываю некоторое сожаление, но до сих пор еще
ни одна женщина не забирала надо мною власти на сколько-нибудь
продолжительный срок. Итак, до свидания. Надеюсь, что все это останется
между нами.