Library

238 >

в сторону гумна, - как видно, в эту минуту им не было дела до стогов.
     Вскоре Оук тоже пошел домой, только  другим  путем.  Впереди,  на  фоне
тускло блестевшей от воды дороги, он увидел  человека  под  зонтом,  который
шагал еще медленнее его. Человек  обернулся  и  заметно  вздрогнул:  то  был
Болдвуд.
     - Как вы себя чувствуете нынче, сэр? - спросил Оук.
     - Да, денек серый... О, я чувствую себя хорошо, очень хорошо, благодарю
вас, превосходно.
     - Я рад это слышать, сэр.
     Казалось, Болдвуд медленно пробуждался от сна.
     - У вас усталый и больной вид, Оук, -  сказал  он,  бегло  взглянув  на
своего спутника.
     - Я устал. А вы как-то чудн_о_ изменились, сэр.
     - Я? Ничуть не бывало: я чувствую себя вполне  хорошо.  Откуда  вы  это
взяли?
     - Мне показалось, что вы выглядите не таким молодцом, как раньше, вот и
все.
     - Ну, так вы ошибаетесь, - бросил Болдвуд. - Здоровье у меня  железное.
Мне все нипочем.
     - Я здорово поработал - укрывал наши  стога  и  еле-еле  успел  с  этим
справиться. Сроду так каторжно не трудился. Ваши-то, конечно, в сохранности,
сэр?
     - Да-да. - Помолчав немного, Болдвуд  прибавил:  -  А  вы  о  чем  меня
спросили, Оук?
     - Ваши стога уже все покрыты?
     - Нет.
     - Ну, а большие, что на каменных подпорках?
     - И они не укрыты.
     - А те, что возле изгороди?
     - Нет. Я забыл сказать, чтобы их укрыли соломой.
     - А маленький у перелаза?
     - Не укрыт и маленький у перелаза. В этом году я упустил из виду стога.
     - Тогда вам не сохранить и десятой доли вашего зерна, сэр.
     - Возможно, что и так.
     "Упустил из виду",  -  медленно  повторил  про  себя  Габриэль!  Трудно
передать, как трагически воспринял Оук слова фермера в этот момент. Всю ночь
он трудился, сознавая,  что  оплошность,  которую  он  старается  исправить,
явление ненормальное,  исключительное  и  совершенно  беспримерное  во  всей
округе. И вот в это же самое время, в том же самом приходе погибает огромное
количество зерна, а хозяину и горя мало. Несколько  месяцев  назад  Болдвуду
было так же невозможно забыть  о  своих  хозяйственных  делах,  как  матросу
забыть, что он находится на корабле. Оуку подумалось, что хотя он сам тяжело
пережил замужество Батшебы, но этот бедняга пережил  еще  тяжелее.  Внезапно
Болдвуд заговорил уже совсем по-другому, чувствовалось, что он жаждет излить
душу.
     - Оук, вы знаете не хуже моего, что мне здорово не повезло. Уж я должен
в этом признаться. Я собирался прочно устроить свою  жизнь,  но  мои  планы,

Следующая

238 >