Томас Гарди. Вдали от обезумевшей толпы - ГЛАВА XXXVII
233 >
Габриэль торопливо вбивал колья. Ему подумалось, что гроза пошла уже на
убыль. Но вот опять полыхнуло.
- Держитесь! - крикнул Габриэль и, сняв сноп с плеча Батшебы, снова
схватил ее за руку.
Тут уж поистине разверзлись небеса. Вспышка была до того необычайна,
что в первый момент они даже не осознали, как она опасна, их только поразило
ее великолепие. Молнии сверкали и на востоке, и на западе, и на севере, и на
юге. То была настоящая пляска смерти. В воздухе появились подобия скелетов,
как бы сотканные из голубых огней, они плясали, дергались и прыгали, бешено
метались но небу, перепутываясь в невообразимом сумбуре; с ними
переплетались извивающиеся зеленые змеи - и все это на фоне трепещущего
зарева. Со всех сторон растерзанного неба раздавались звуки, которые скорей
всего можно было назвать воплями, хотя никакой человеческий вопль не мог бы
с ними сравниться. Внезапно один из чудовищных призраков опустился на конец
пики Габриэля, скользнул вдоль нее, перебежал на цепь и канул в землю.
Габриэль был почти ослеплен и почувствовал, как теплая рука Батшебы дрогнула
в его руке, - новое и весьма волнующее ощущение; но любовь, жизнь и все
земное казалось мелким и ничтожным перед лицом разъяренных стихий.
Эти впечатления еще не отлились в отчетливую мысль, и Оук даже не успел
заметить, как причудливо в блеске молний алело перо на ее шляпке, когда
высокий тополь на холме, о котором уже шла речь, вдруг вспыхнул белым
пламенем, и новый вопль слился с раскатами замогильных голосов. То был
разряд дикой, потрясающей силы, невыносимый для слуха удар, резкий, сухой,
не сопровождавшийся отголосками, похожими на грохот барабана. В
ослепительном сиянии, охватившем всю землю и необъятный купол небес, он
увидел, что высокий стройный тополь расщеплен до самого корня и от него
отлетела широкая лента коры. Половина дерева еще стояла, и на ней белела
полоса обнажившейся древесины. Молния ударила в тополь. В воздухе
распространился запах серы. Потом все смолкло и стало темно, как в
преисподней.
- Мы были на волосок от смерти, - торопливо сказал Габриэль. - Вам
лучше сойти на землю.
Батшеба ничего не ответила, но он улавливал учащенный ритм ее дыхания и
шорох соломы - сноп за ее плечами отзывался дрожью на взволнованное биение
ее сердца. Она спустилась с лестницы; после краткого колебания он последовал
за ней. Мрак стал совершенно непроницаемым даже для самого острого зрения.