Томас Гарди. Вдали от обезумевшей толпы - ГЛАВА III
19 >
ДЕВУШКА НА ЛОШАДИ. РАЗГОВОР
Медленно пробуждался день. На земле даже его пробуждение всякий раз
вызывает к жизни новые чаяния, и фермер Оук, едва рассвело, снова направился
к роще, хотя никакой причины к этому, кроме ночной сцены, которую он
наблюдал там, не было. Погруженный в задумчивость, он бродил среди деревьев,
как вдруг до него донесся стук копыт, и у подошвы холма на тропинке, ведущей
вверх мимо сарая с коровами, показалась пегая лошадка с сидящей на ней
верхом девушкой. Это была та самая девушка, которую он видел ночью. Габриэль
тотчас же вспомнил про шляпку, которую с нее сорвало ветром; может быть, она
приехала искать ее. Он поспешно заглянул в канаву и, пройдя вдоль нее шагов
десять, увидел шляпку среди вороха листьев. Габриэль поднял ее и вернулся к
себе в хижину. Здесь он примостился у своего круглого оконца и стал
наблюдать за приближающейся всадницей.
Поднявшись на холм, она сначала огляделась по сторонам, потом заглянула
за изгородь. Габриэль совсем было уже собрался выйти ей навстречу и
возвратить потерянную собственность, но тут она неожиданно выкинула нечто
такое, что он просто остолбенел и забыл о своем намерении.
Тропинка, миновав сарай, углублялась в рощу. Это была совсем узенькая
пешеходная тропинка, отнюдь не для езды; ветви деревьев сходились над ней
невысоко от земли, ну разве что на высоте каких-нибудь семи футов, так что
проехать здесь верхом нечего было и думать. На девушке было обыкновенное
платье, не совсем подходящее для верховой езды; подъехав к роще, она быстро
огляделась по сторонам, словно желая убедиться, что кругом нет ни души,
ловко откинулась назад, так что голова ее очутилась у самого хвоста, ц глядя
в небо, уперлась ногами в шею лошади. Все это совершилось в одно мгновенье -
она просто скользнула стремительно, как зимородок, бесшумно, как сокол.
Габриэль даже не успел уловить ее движений. Рослая, сухощавая лошадка,
видимо, привыкла н такому обращению и невозмутимо продолжала трусить легкой
рысцой. Так они и проехали под сводом деревьев.
Наездница, видимо, чувствовала себя как дома на спине лошади, в любой
ее точке от головы до хвоста, и когда чаща деревьев осталась позади и
надобность в такой необычной позе миновала, она попробовала принять другую,
более удобную. Седло было не дамское, и усесться прочно, извернувшись лежа,
на гладкой скользкой коже оказалось не так-то просто. Тогда она вскочила,
выпрямившись, как молодое деревцо, и, убедившись, что кругом никого нет,