Library

119 >

     МОЙКА ОВЕЦ. ПРЕДЛОЖЕНИЕ
 
     В конце концов Болдвуд решился пойти к Батшебе. Ее не  оказалось  дома.
"Ну конечно", - прошептал он. Думая о Батшебе как о женщине, он  упускал  из
вида   всякие   привходящие   случайности,   связанные   с   ее   положением
землевладельца, а именно, что она как фермер, и не менее крупный фермер, чем
он сам, может в это время года находиться на поле. В его состоянии и это,  и
многие другие упущения  были  вполне  естественны,  тем  более  принимая  во
внимание все обстоятельства. Они как бы помогали ему идеализировать  предмет
его любви: он видел ее только на расстоянии и случайно, он не  встречался  с
нею нигде в обществе; видеть ее он привык  -  говорить  с  ней  ему  еще  не
случалось. Обыденная сторона ее жизни оставалась вне поля его зрения; всякие
житейские мелочи,  которые  занимают  такое  большое  место  в  повседневном
существовании человека, в его делах, казались ему не тем, чем они  были,  по
той простой причине, что ни он, ни она не видели друг друга дома, и едва  ли
Болдвуду могло даже прийти в голову,  что  у  нее  могут  быть  какие-нибудь
скучные домашние дела или что ей, как и всем  на  свете,  случается  быть  в
таком затрапезном виде, когда лучше не показываться на люди, чтобы,  не  дай
бог, такой не запомнили. Поэтому в его воображении, окруженная ореолом,  она
вела какое-то обособленное существование, тогда как она жила и дышала  одним
с ним воздухом, - такое же обремененное заботами существо, как и он.
     Май уже был на исходе, когда Болдвуд решил, что  надо  в  конце  концов
перестать мучиться неизвестностью. Он уже к этому времени  более  или  менее
свыкся со своим состоянием влюбленного; его чувство теперь  уже  не  столько
изумляло, сколько постоянно терзало его, и ему казалось,  что  он  готов  на
все, лишь бы не оставаться в неведении. Узнав, что ее нет дома, он  спросил,
где она, и когда ему сказали, что она наблюдает за мойкой овец, он пошел  на
пастбище в надежде застать ее там.
     Моечная запруда на луговине представляла собой большой круглый бассейн,
выложенный кирпичом и наполненный прозрачной ключевой водой. Его  зеркальная
поверхность, отражающая ясное небо, видна была летящим птицам,  наверно,  на
расстоянии нескольких миль - этакий сверкающий глаз циклопа на зеленом лице.
Трава, подступавшая к самым краям бассейна, так разрослась в этом году,  что
это зрелище при всей его обыденности надолго оставалось в памяти.  Быстрота,
с какой растительность всасывала влагу из  богатой  сырой  почвы,  казалось,

Следующая

119 >