Library

114 >

     БОЛДВУД РАЗДУМЫВАЕТ. РАСКАЯНИЕ
 
     Болдвуд был арендатором владения, носившего название Малое Уэзербери, и
среди окрестных жителей в этом захолустном  местечке  считался  чуть  ли  не
аристократической особой. Приезжие  горожане,  люди  светские,  для  которых
город - это все, если им случалось  задержаться  на  день,  на  два  в  этом
захолустье, услыхав стук колес легкого экипажа, оживлялись, надеясь, что  им
повезет и они найдут  здесь  хорошее  общество,  может  быть,  скучающего  в
уединении лорда или, на худой конец, крупного  помещика-сквайра,  -  но  это
оказывался всего только мистер Болдвуд, ехавший по своим  делам.  Потом  они
еще раз слышали стук тех же колес и снова загорались надеждой: и  опять  это
был всего только мистер Болдвуд, возвращавшийся домой.
     Его дом стоял особняком, отступя от  дороги,  а  конюшни,  которые  для
фермы то же,  что  очаг  для  жилья,  находились  за  домом,  скрытые  снизу
разросшимся лавровым кустарником. В  полуоткрытую  синюю  дверь  видны  были
сейчас крупы и хвосты полдюжины сытых, резвых лошадей, стоявших в стойлах.
     Человеку, глядевшему снаружи, они представлялись чередованием гнедых  и
пегих  округлостей  подковообразной  формы  наподобие   мавританской   арки,
пересеченных в  середине  прямой  линией  хвоста;  чуть  подальше  за  этими
округлостями,  невидимые  для  человека,  глядящего  снаружи,   были   морды
животных, громко  размалывающие  челюстями  обильные  порции  овса  и  сена,
необходимые для поддержания в должной  норме  вышеупомянутых  округлостей  и
резвости. В самом конце конюшни,  мелькая,  как  тень,  метался  в  открытом
стойле непривязанный  жеребенок.  Ровный  шум  жующих  челюстей  перебивался
иногда шуршанием и скрипом веревки или стуком переступавших копыт.
     Посреди конюшни, между крупами животных, прохаживался взад и вперед сам
фермер Болдвуд. Это место было его прибежищем -  здесь  он  был  деятелем  и
отшельником; позаботившись о накормлении своих четвероногих слуг, он  иногда
задерживался здесь допоздна, шагая в глубоком  раздумье  до  тех  пор,  пока
лунный свет не начинал струиться в затканные паутиной окна или все кругом не
погружалось в темноту. Здесь сейчас его рослая, широкоплечая фигура казалась
более внушительной, чем среди толпы и  сутолоки  хлебного  рынка.  Задумчиво
шагая взад и вперед, он ступал уверенно, всей ступней; красивое, с бронзовым
загаром, лицо было  опущено,  отчего  стушевывалась  резкая  складка  плотно
сжатого рта и округлый, крутой подбородок. На  высоком,  гладком  лбу  четко

Следующая

114 >