Кен Кизи. Порою нестерпимо хочется... - Читать...
95 >
необходимую дозу виски для обретения уверенности в своих силах влиять на
известные явления, смотрит на паутину, окутавшую ее одинокое оконце, и
договаривает заклятие: "О тучи... облака, разите моего врага. Я призываю все
ветры непогоды и все злосчастья на голову Хэнка Стампера, ага!" Затем она
обращает взгляд своих черных глазок в глубь хижины, как бы проверяя, какое
она произвела впечатление.
...А Джонатан Дрэгер, сидя в мотеле в Юджине, записывает: "Человек
борется не на жизнь, а на смерть со всем, что грозит ему одиночеством, даже
с самим собой >>.
...А Ли приближается к старому дому и недоумевает: "Ну, хорошо, я
вернулся, что дальше?"
По всему побережью, к югу и северу от Вакон-ды, разбросаны такие же
точно городишки с такими же точно барами, как "Пенек", и усталые люди
собираются в них каждый день, чтобы обсудить свои неприятности и поговорить
о наставших тяжелых временах. Старый лесоруб видел их всех и слышал их
беседы. Не поворачивая головы, весь день он слушал, как люди говорили о
своих бедах и выражали свое недовольство так, словно прежде ничего подобного
и не бывало, словно это что-то необычное. Он долго слушал, как они спорили,
стучали кулаками по столам, зачитывали выдержки из "Юджин Гард", обвиняя
всеобщий упадок в наступлении "тяжелого времени эгоизма, негативизма,
милитаризма". Он слушал, как сначала они клеймили федеральное правительство
за то, что оно превратило Америку в нацию неженок, а потом, как они обвиняли
тот же орган в жестокости, с которой тот отказался помочь переживающему
упадок городу. Он давно взял себе за правило не вмешиваться в эти глупости
во время своих визитов в город за алкоголем, и лишь когда дело дошло до
того, что все беды общества были возложены на Стамперов и их упрямое
нежелание вступать в профсоюзы, он не вытерпел. И в тот момент, когда
какой-то тип с профсоюзным значком начал призывать всех к самопожертвованию,
старый лесоруб с шумом поднялся на ноги.
-- Какие такие времена?! -- Театрально подняв бутылку над головой,
направился он к собравшимся. -- Вы что, считаете, раньше все было сплошной
кисель с пирогами?!
Удивленно и с праведным негодованием обитатели Ваконды вскинули головы,
-- по местным представлениям, прерывать собрания являлось невиданным
кощунством.
-- Какой милитаризм? Все это дерьмо собачье! -- В облаке синего дыма он
неуверенно подходит к столу. -- А вся эта трепотня о депрессии и прочем, о