Кен Кизи. Порою нестерпимо хочется... - Читать...
15 >
сыновей и прочих родственников, пришедших попрощаться с ним. Все в жестко
накрахмаленном платье. "Крепкие ребята, -- думает он. -- Внушительная
семья". Но он знает, что в глазах полуденной привокзальной публики самое
внушительное зрелище представляет он сам. Волосы у него длинные и блестящие
благодаря индейской крови; усы и брови точно параллельно пересекают его
широкоскулое лицо, словно прочерчены графитом по линейке. Тяжелый
подбородок, жилистая шея, широкая грудь. И хотя ему не хватает нескольких
дюймов до шести футов, выглядит он гораздо выше. Да, внушительная фигура.
Патриарх в жестко накрахмаленной рубашке, кожаных штанах, словно отлитый из
металла, бесстрашно перевозящий свое семейство на Запад, в Орегон.
Мужественный пионер, устремляющийся в новые, неизведанные края. Впечатляюще.
-- Береги себя, Иона!
-- Бог поможет, Нат. Во имя Него мы отправляемся туда.
-- Ты -- добрый христианин, Иона.
-- Бог в помощь, Луиза!
-- Аминь, аминь!
-- По воле Господа вы едете туда.
Иона коротко кивает и, повернувшись к поезду, бросает взгляд на своих
мальчиков: все трое ухмыляются. Он хмурится: надо будет напомнить им, что
хоть они и горячее всех выступали за этот переезд из Канзаса в дебри
Северо-Запада, именно он принял решение, и без него ничего бы не было, ему
при надлежит решение и разрешение это сделать, -- так что лучше бы им не
забывать это! "Такова воля милосердного Господа!" -- повторяет он, и двое
младших опускают глаза. Но старший сын, Генри, не отводит взгляда. Иона
собирается еще что-то сказать ему, но в выражении лица мальчишки сквозит
такое торжество и такая богохульная насмешка, что слова застревают в горле
бесстрашного патриарха, -- гораздо позже он поймет, что на самом деле
означал этот взгляд. Да нет, конечно же он сразу все понял, как только
встретился глазами со своим старшим сыном. Этот взгляд врезался ему в па
мять как ухмылка самого Сатаны. От таких взглядов застывает кровь в жилах,
когда понимаешь, что невольно ты сам причастен к нему.
Кричит кондуктор, и младшие мальчики проходят мимо отца в вагон,
бормоча слова благодарности -- "большое спасибо за завтраки, которые вы
принесли" -- выстроившимся в очередь провожающим. За ними следует их
взволнованная мать -- глаза мокры от слез. Поцелуи, рукопожатия. И наконец
старший сын со сжатыми кулаками в карманах брюк. Поезд внезапно дергается, и